Статья Раджаны Дугар де Понте издательству Нерўссқий җӯрнал о нашей совместной акции на Биенналле "За фаҫадом імперии: Веӈеция, биҿннале, 2026"
 |
Фото: Ramil Amirie
Венеция, 6 мая, раннее утро после дождя.
Мы только что высадились на остановке вапоретто «Giardini / Biennale». Идем по набережной к павильону России. Наш путь выложен ярко-желтыми кругами – стикерами, отмечающими хронологию имперских преступлений Москвы: 1552 год – захват Казани, 1864 – геноцид черкесов, 1921-1932 – голодоморы в Поволжье, Казахстане, Башкортостане, Украине, 1937 – раздел Бурят-Монголии и массовые репрессии бурят… Стикеров много, они привлекают внимание фотографов к трагедиям всех народов, имевших несчастье когда-то оказаться в орбите «русского мира».
Фото: Анастасія Гавриленко
Наконец, мы у решетки перед задней стеной павильона. За решеткой, на шесте табличка с ажурной рамкой “GULAG DEI POPOLI” («ГУЛАГ народов»), установленная ранее другими участниками акции. Татарка Аида Абдрахманова и чеченец Хамзат Джангаров со словами: «Россия – тюрьма народов!» “Russia is GULAG of nations!”, оставляют на решетке за зданием российского павильона разорванную цепь – символ Лиги свободных наций.
Фото: Анастасія Гавриленко
Татарка Аида Абдрахманова и чеченец Хамзат Джангаров со словами: «Россия – тюрьма народов!» и «Russia is GULAG of nations!», оставляют на решетке за зданием российского павильона разорванную цепь – символ Лиги свободных наций.
Хамзат Джангаров и Аида Абдрахманова. Фото: Раджана Дугар-ДеПонте
Слишком долго глянцевый фасад русской культуры скрывал от мира уродливую изнанку России. Лишь варварская колониальная война, развязанная Москвой против Украины, заставила мир увидеть Россию такой, какая она есть: колониальной империей, построенной на ресентименте и лжи. Завоевав и насильственно колонизировав земли более чем 100 народов, Россия лжет себе и миру о «добровольном и мирном вхождении» всех народов в ее состав.
Мы идем к открытой Лагуне, чтобы сказать, что народы, скрывающиеся за имперскими фасадами, – это не тени, не меньшинства, которыми нужно управлять, не декоративные экспонаты. Мы – это участники социально-художественной акции «За фасадом империи – Имена. Лица. Голоса – Между стеной и лагуной»: Аида Абдрахманова – руководительница Комитета Независимости Татарстана и участница Лиги свободных наций, Джамбулат Сулейманов – руководитель чеченского движения «Единая Сила» и спецпредставитель Группы свободных народов в Парламентской ассамблее Совета Европы), Ильшат Кинзябаев – член Комитета башкирского национального движения), Рамиль Вагапов – башкирский активист, Зарема Гасанова – активистка и журналистка из Дагестана, Хамзат Джангаров – участник Лиги свободных наций.
Фото: Анастасія Гавриленко
Я вспоминаю, как на Форуме свободных государств пост-россии в Вене Катя Марголис впервые поделилась со мной «анархистской» идеей организовать на биеннале контрпавильон коренных народов – в пику имперскому московскому. Как очертания проекта постепенно проступали и становились все более ощутимыми в процессе обсуждений – в Венеции, когда я впервые приехала в La Serenissima прошлой весной, и во время зум-совещаний с со-организаторами, активистами и художниками. И вот, наконец, мы это сделали.
Катя Марголис. Фото: Ramil Amirie
Катя Марголис – вдохновительница, координатор и двигатель проекта, проделала титаническую работу от получения всех разрешений, привлечения сторонников из партнерских организаций и прессы, вплоть до приклеивания стикеров к мостовой Giardini della Biennale, причем бесплатно, за идею справедливого представительства колонизированных народов России на европейском арт-пространстве. Я боялась, что многочисленные хейтеры Кати не преминут воспользоваться случаем в очередной раз вылить на нее помои, обвинив ее на этот раз в стремлении сыграть роль «белой спасительницы» туземных активистов. Так и случилось. Самое забавное, что радетели за коренных народов, обвиняющие Катю в имперстве, обесценивают усилия тех самых коренных активистов и художников, интересы которых они якобы защищают, напрочь отказывая нам в субъектности и объявляя акцию «этнографической открыткой», а нас – «туземцами на колониальной выставке». Что ж, насквозь имперская русская интеллигенция – это вам не французские интеллектуалы, единым фронтом поддержавшие антиколониальное движение в 1950-1960-х годов. Катя Марголис, действительно, настолько редкая птица на этом фоне, что некоторым «деколониальным» активистам легче поверить в некие скрытые мотивы, чем пожать протянутую к ним в жесте солидарности руку.
Организаторами проекта «За фасадом империи» выступили три организации: Arts Against Aggression, Memorial Italia и Лига свободных наций, в которой я имею честь состоять. Кураторкой нашего павильона стала Лиза Васильева из Удмуртии, которая предложила сделать его центром палатку. Эта черная палатка с написанными белой краской именами политзаключенных из числа колонизированных народов РФ на ее стенах, установленная на площади перед входом на биеннале, стала для нас настоящим спасением, ибо вскоре после начала акции Венецию накрыл проливной дождь.
Лиза Васильева. Фото: Анастасія Гавриленко
Принты и графические работы художников из Башкортостана, Чувашии, Татарстана, Ойрат-Калмыкии, Ингерманландии пришлось разместить внутри палатки, снаружи же привлекая внимание многочисленных журналистов стояли провокационные холсты известного панк-художника Семена Скрепецкого, приехавшего на акцию из Польши.
Семен Скрепецкий. Фото: Анастасія Гавриленко
Пока развертывается наша экспозиция, развешиваются флаги наших республик и Лиги свободных наций, устанавливается звукоусиливающая аппаратура, журналисты из Италии, Франции, Австрии, Германии, Польши и других стран берут короткие интервью. Наконец мы начинаем.
Фото: Ramil Amirie
Мне, как владеющей английским, пришлось взять на себя роль модератора акции и сказать короткое вступительное слово. Затем, один за другим, участники акции зачитали текст Манифеста «Из тени империи на свет» и обратились к аудитории с просьбой подписать Петицию об открытии независомого Павильона колонизированных народов России. (С текстом манифеста на английском языке можно ознакомиться на сайте decoloniz.art).
Фото: Анастасія Гавриленко
Итак, мы оставили позади заднюю стену Российского павильона – символ официальной культуры и имперских нарративов. Перед нашей черной палаткой – венецианская лагуна – открытая вода, движение, обмен и свобода.
Аида Абдрахманова. Фото: Анастасія Гавриленко
И здесь, в этом пространстве между тишиной и открытостью, мы произносим имена, вызываем лица и голоса, которые империя пыталась стереть. Аида рассказала о судьбе великого Рудольфа Нуреева, не позволившего империи присвоить себе его талант и всегда подчеркивавшего свою татарскую идентичность, Хамзат прочитал свой пронзительный рассказ «Ракетный удар по Грозному» о событиях 21 октября 1999 года, когда российская армия ударила по обширной территории, прилегавшей к президентскому дворцу, включавшей многолюдный рынок и роддом.
Хамзат Джангаров. Фото: Анастасія Гавриленко
Ильшат рассказал о политических заключенных по баймакскому делу и о том, как московская имперская политика ведет к сокращению культурного многообразия, и обратился к колонизированным народам с вопросом: «Устраивает ли вас, что в наших же республиках наши языки и культуры отодвигаются на второй план и считаются по сути второсортными? Как долго мы готовы принимать это? Готовы ли мы принять ответственность за будущее своего народа?»
Ильшат Кинзябаев. Фото: Анастасія Гавриленко
Джамбулат, Зарема и примкнувшая к нам на акции журналистка и драматург Людмила Пятигорская, говорили о ползучей мировой гибридной войне, которую Россия ведет с помощью русской культуры, превращенной в рупор пропаганды.
Я же до сих пор нахожусь под впечатлением от поэтического выступления Рамиля о Венеции, где никогда не было башкирского павильона, потому что Москва всегда говорила за нас. И о башкирском парне, который держит в руках автомат, но не книгу, и которого Москва отправила убивать и умирать в Украину…
Джамбулат Сулейманов. Фото: Анастасія Гавриленко
Каждый из нас должен был ответить на вопрос: «Почему я здесь?» В конце акции я решила рассказать о судьбе моего деда – основоположника бурятской профессиональной живописи Романа Мэрдыгеева. Его жизнь повторяет истории многих нерусских художников, чей талант ценился лишь до тех пор, пока служил империи.
Роман Мэрдыгеев родился в начале XX века. Он верил в образование, культуру и прогресс. Он с восторгом принял революцию. Организовал в родном улусе Хандагай комсомольскую ячейку, избу-читальню, ликбез, работал учителем на Рабфаке в Верхнеудинске (ныне Улан-Удэ). Стремление приобщить свой народ к достижениям европейской цивилизации сочеталось в нем с искренней любовью к традициям и обычаям бурятской старины. Как фольклорист-исследователь Мэрдыгеев записывал песни, легенды, мифы, предания, шаманские призывания, публиковал их и другие написанные им статьи в научных журналах и сборниках Бурят-Монгольского Ученого Комитета, участвовал в экспедиции по изучению буддийского искусства.
Раджана Дугар-ДеПонте. Фото: Анастасія Гавриленко
Первые картины художника несут отпечаток традиционного стиля бурятской живописи «буряад-монгол зураг» и представляют большой интерес не только с эстетической точки зрения. Это были не просто картины. Это были акты сохранения культуры. С помощью живописи он сохранял мир бурятского народа – наши обряды, наш быт, нашу память. Но империя не терпит памяти, которая существует вне её контроля.
В 1931 году Мэрдыгеев стал главным организатором первой выставки бурятского искусства. Вместо похвалы выставка подверглась нападкам со стороны партийных чиновников. Они говорили, что эти картины прославляют «отсталый быт проклятого прошлого».
Вслед за идеологическим разносом пришел террор. В годы сталинских репрессий конца 1930-х гг. был практически уничтожен Союз писателей Бурят-Монгольской АССР, значительно обескровлен Союз художников. Будучи сыном «врага народа», дед был арестован, подвергнут пыткам. Он выжил лишь по счастливой случайности.
Его не убили. У него было отнято другое.
Никогда больше мой дед не писал с той творческой свободой, которая отличала его ранние произведения.
Так работают колониальные системы.
Советский колониальный проект не просто сажал людей в тюрьму. Он заставлял замолчать языки. Он гасил таланты. Колониализм заставляет художников отказываться от себя ради выживания.
История Романа Мэрдыгеева – это не только история моей семьи. Это история Бурятии. Это история многих народов, живущих под властью Российской империи – народов, чья культура, придавленная безжалостным колониальным прессом, принимается империей лишь в оболочке фольклорного ансамбля, но вызывает страх и отторжение, как только народы начинают осознавать себя.
Сегодня, произнося имя моего деда Романа Мэрдыгеева здесь, в Венеции, мы возвращаем его в общественную память.
Мы утверждаем, что бурятское искусство существует.
Мы утверждаем, что бурятская история имеет значение.
И каждый возрожденный голос, каждый художник, о котором помнят, каждая высказанная вслух правда становится отдельным павильоном».
После акции мы долго фотографировались, гуляли по прекрасной Венеции, делились историями, обменивались впечатлениями, отдыхали на ступеньках канала на тихой венецианской площади, и, пройдя через весь город, простились на вокзале Venezia Santa Lucia с обещанием новых встреч.
Фото: Анастасія Гавриленко
Несколько слов об итогах акции
Акция прошла продуктивно и стала хорошим заделом для поставленных целей.
Нами запущена петиция о создании независимого павильона для колонизированных наций и коренных народов России (павильонов) для колонизированных народов России, которая в короткий срок набрала уже более 800 подписей в поддержку.
Мы открыли сайт Decoloniz.art, который будет функционировать и дальше для демонстрации и дальнейшего участия работ художников наших народов, запустили соцсети.
Несмотря на дождь, который не способствовал удобному размещению работ на улице, на акцию пришли многие журналисты европейских СМИ. Мы остались удовлетворены освещением и оглаской в европейских медиа.
Фото: Ramil Amirie
Приложение: Манифест
Из тени империи на свет
Слушайте наши голоса! Мы сделали шаг и вышли из тени империи.
Наши земли – составляют больше трети территории рф, нам принадлежит 80% природных ресурсов. Каждый четвертый человек в российской федерации – не русский. Нас около 26 млн человек.
Мы отказываемся быть невидимыми. Мы отказываемся молчать.
Мы – не «меньшинство». Мы – множество.
Мы не русские.
У нас другие имена, лица, истории и языки.
Наши тела – павильоны. Наши голоса – пространство. Наши имена – память.
Это выставка без стен.
Она открыта всем.
Мы не просим признания. Мы уже есть.
Мы – вне стен и решёток империи.
Мы размыкаем их собой.
Просим подписать петицию о создании независимого павильона для колонизированных наций и коренных народов России.
Ссылка на статью на портале " Нерўссқий җӯрнал"
Инфоотдел Комитета Независимости Татарстана
Behind the Facade of Empire: Venice, the Biennale, 2026
Venice, May 6, early morning after the rain.
We have just stepped off at the “Giardini / Biennale” vaporetto stop. Walking along the waterfront toward the Russian Pavilion, we follow a path marked by bright yellow circular stickers. Each sticker bears a date commemorating one of Moscow’s imperial crimes: 1552 — the conquest of Kazan; 1864 — the Circassian genocide; 1921–1932 — the famines in the Volga region, Kazakhstan, Bashkortostan, and Ukraine; 1937 — the division of Buryat-Mongolia and mass repressions against the Buryat people. There are many such stickers, drawing photographers’ attention to the tragedies endured by the numerous peoples who had the misfortune of falling into the orbit of the so-called “Russian World.”
Finally, we reach the fence behind the Russian Pavilion. Beyond it, mounted on a pole, hangs a decorative sign reading “GULAG DEI POPOLI” (“Gulag of Nations”), installed earlier by other participants in the action.
Aida Abdrakhmanova, a Tatar activist, and Khamzat Dzhangarov, a Chechen activist, leave a broken chain on the fence behind the Russian Pavilion—a symbol of the League of Free Nations—while declaring: “Russia is a prison of nations!” and “Russia is a GULAG of nations!”
For too long, the glossy façade of Russian culture concealed from the world the ugly underside of Russia itself. Only Moscow’s brutal colonial war against Ukraine forced the international community to see Russia for what it is: a colonial empire built on resentment and falsehoods. Having conquered and forcibly colonized the lands of more than one hundred peoples, Russia continues to deceive both itself and the world with myths about the “voluntary and peaceful incorporation” of these nations into its state.
We move toward the open lagoon to declare that the peoples hidden behind imperial facades are neither shadows nor minorities to be managed, nor decorative exhibits. We are participants in the social-artistic action “Behind the Facade of Empire: Names. Faces. Voices. Between the Wall and the Lagoon.”
Among us are: Aida Abdrakhmanova, head of the Committee for the Independence of Tatarstan and member of the League of Free Nations; Djambulat Suleymanov, leader of the Chechen movement United Force and Special Representative of the Group of Free Nations at the Parliamentary Assembly of the Council of Europe; Ilshat Kinzyabayev, member of the Bashkir National Movement Committee; Bashkir activist Ramil Vagapov; Dagestani journalist and activist Zarema Gasanova; and Khamzat Dzhangarov of the League of Free Nations.
I recall how, at the Forum of Free States of Post-Russia in Vienna, Katya Margolis first shared with me her “anarchic” idea of creating a counter-pavilion of Indigenous and colonized peoples to challenge Moscow’s imperial presence at the Biennale. Gradually, through discussions in Venice during my first visit to La Serenissima last spring and through countless Zoom meetings with organizers, activists, and artists, the contours of the project became clearer and more tangible.
And now, at last, we had made it happen.
Katya Margolis—the project’s inspiration, coordinator, and driving force—performed a Herculean amount of work: obtaining permits, engaging partner organizations and journalists, and even personally placing the stickers throughout the Giardini della Biennale. She did all of this voluntarily, motivated solely by the idea of fair representation for Russia’s colonized peoples within the European art space.
I feared that Katya’s many detractors would seize the opportunity to accuse her of acting as a “white savior” for Indigenous activists. And indeed, they did. The irony is that those who claim to defend Indigenous peoples by accusing Katya of imperialism simultaneously deny agency to the very activists and artists whose interests they supposedly champion. They dismiss the action as an “ethnographic postcard” and describe us as “natives in a colonial exhibition.”
Yet unlike the French intellectuals who broadly supported anti-colonial movements in the 1950s and 1960s, much of the Russian intelligentsia remains deeply shaped by imperial thinking. Against this backdrop, Katya Margolis is such a rare exception that some self-proclaimed decolonial activists find it easier to imagine hidden motives than to accept a hand extended in solidarity.
The project “Behind the Facade of Empire” was organized by three organizations: Arts Against Aggression, Memorial Italia, and the League of Free Nations, of which I am honored to be a member.
The pavilion was curated by Liza Vasilyeva from Udmurtia, who proposed that its centerpiece should be a tent. This black tent, painted with the names of political prisoners from Russia’s colonized peoples, stood in the square before the Biennale entrance and soon became our salvation when Venice was struck by a torrential downpour.
Prints and graphic works by artists from Bashkortostan, Chuvashia, Tatarstan, Oirat-Kalmykia, and Ingria had to be displayed inside the tent. Outside, attracting journalists’ attention, stood provocative canvases by the renowned punk artist Semyon Skrepetsky, who had traveled from Poland to participate.
As our exhibition took shape, with flags of our republics and the League of Free Nations being raised and sound equipment installed, journalists from Italy, France, Austria, Germany, Poland, and other countries conducted brief interviews. Finally, the event began.
As the only participant fully comfortable speaking English, I assumed the role of moderator and delivered the opening remarks. One by one, participants then read aloud the manifesto “From the Shadow of Empire into the Light” and invited the audience to sign a petition calling for the creation of an independent pavilion for Russia’s colonized peoples and Indigenous nations. (The English-language text of the manifesto is available on the Decoloniz.art website.)
We had left behind the rear wall of the Russian Pavilion—a symbol of official culture and imperial narratives. Before our black tent stretched the Venetian Lagoon: open water, movement, exchange, and freedom.
Here, in this space between silence and openness, we spoke names, summoned faces, and amplified voices that empire had sought to erase.
Aida spoke about the fate of the great Rudolf Nureyev, who refused to allow the empire to claim ownership of his talent and consistently emphasized his Tatar identity. Khamzat read his moving story, “Missile Strike on Grozny,” recounting the events of October 21, 1999, when the Russian military attacked a densely populated area surrounding the presidential palace, including a marketplace and a maternity hospital.
Ilshat spoke about the political prisoners connected to the Baymak case and about how Moscow’s imperial policies contribute to the erosion of cultural diversity. Addressing colonized peoples directly, he asked:
“Are you satisfied that, in our own republics, our languages and cultures are pushed aside and treated as second-rate? How long are we prepared to accept this? Are we ready to take responsibility for the future of our peoples?”
Djambulat, Zarema, and journalist and playwright Lyudmila Pyatigorskaya, who joined us during the event, discussed the creeping global hybrid war that Russia wages through culture transformed into a vehicle of propaganda.
As for me, I remain deeply moved by Ramil’s poetic reflection on Venice—a city where there has never been a Bashkir pavilion because Moscow has always spoken on our behalf. He spoke of a young Bashkir man holding a rifle instead of a book, sent by Moscow to kill and die in Ukraine.
Each of us was asked the same question: “Why am I here?”
In closing, I chose to speak about my grandfather, Roman Merdygeyev, a founder of professional Buryat painting. His life mirrors the experiences of many non-Russian artists whose talents were valued only as long as they served the empire.
Roman Merdygeyev was born at the beginning of the twentieth century. He believed in education, culture, and progress. He enthusiastically embraced the Revolution, organized a Komsomol cell, a reading house, and literacy programs in his native village of Khandagay, and later taught at the Rabfak in Verkhneudinsk (today’s Ulan-Ude).
His desire to bring his people closer to the achievements of European civilization coexisted with a profound love for Buryat traditions and customs. As a folklorist and researcher, Merdygeyev collected songs, legends, myths, oral histories, and shamanic invocations, publishing them in academic journals and collections of the Buryat-Mongolian Scholarly Committee. He also participated in expeditions devoted to the study of Buddhist art.
Reflections on the Outcome
The action proved productive and established a strong foundation for achieving its goals.
We launched a petition calling for the creation of an independent pavilion—or pavilions—for Russia’s colonized nations and Indigenous peoples. Within a short period, the petition gathered more than 800 signatures of support.
We also launched the website Decoloniz.art, which will continue to serve as a platform for exhibiting and promoting the work of artists from our nations, as well as supporting future participation and collaboration. Social media channels have also been established.
Despite the rain, which made the outdoor display of artworks difficult, numerous journalists from European media outlets attended the event. We were satisfied with both the coverage and the public visibility the action received in the European press.
We invite you to sign the petition calling for the creation of an independent pavilion for the colonized nations and Indigenous peoples of Russia.
Read more in Rajana de Ponte’s article published in Nerusskiy Zhurnal (“Non-Russian Journal”):
The article recounts the social-artistic action “Behind the Facade of Empire: Venice, Biennale 2026”, held during the Venice Biennale, and highlights the voices, histories, and artistic contributions of the colonized peoples and Indigenous nations of the Russian Federation.
Information Department of the Tatarstan Independence Committee
Комментарии
Отправить комментарий